1. Палеонтологические

1. Кембрийский взрыв. Согласно эволюционной модели, жизнь возникла около 3,8 млрд лет назад, но в течение более 3 млрд лет оставалась на уровне относительно простых одноклеточных форм (бактерий, простейших, микроводорослей). И вдруг в последующем кембрийском слое, внезапно появились почти все типы животного царства и даже те, которые сегодня не встречаются. «Формы, жившие в тот (кембрийский) период, наверняка должны были произойти от предков, существовавших по крайней мере за сотни миллионов, а то и миллиарды лет до того, – пишет эволюционист Р. Нудельман. – Но в том-то и загадка «кембрийского взрыва», что никакие переходные, промежуточные формы не соединяли появившиеся тогда новые типы организмов с бактериями и простейшими водорослями, которые населяли земные океаны до них. Это рождение новых форм было совершенно внезапным. Нет никаких свидетельств, будто ему предшествовало длительное накопление постепенных изменений и усложнений»

Данная проблема, получившая название «кембрийский взрыв», была известна во времена Дарвина. Дарвин сразу же понял, что «кембрийский взрыв» может стать камнем преткновения для его теории. В предисловии к последнему изданию своей книги он специально отметил: «В настоящее время это явление [«кембрийский взрыв»] остаётся необъяснимым, и оно поистине может рассматриваться как убедительный аргумент против взглядов, развиваемых в данной книге».

Сегодня проблема кембрийского взрыва не только не решена, а ещё более усугубилась, в связи с чем целый ряд специалистов в этой области предложил коренным образом сменить научную парадигму. В 2018 году на страницах научного журнала «Progress in Biophysics and Molecular Biology» 34 известных учёных-биологов эволюционного направления из США, Австралии, Германии, Великобритании, Индии, Китая, ЮАР, Канады, Италии, Бельгии, Японии и др. предложили считать причиной кембрийского взрыва массовое пришествие на Землю кембрийских организмов из космоса в готовом виде без всякой эволюции. Видимо иначе в науке эту проблему решить нельзя.

2. Вендо-эдиакарская фауна. Уже после Дарвина перед наукой встала и вторая проблема. В некоторых регионах Земного шара была обнаружена ещё одна удивительная фауна, которая так же внезапно появилась, и в отличие от кембрийской, внезапно исчезла. Причём появилась она без всяких предшественников и исчезла без всяких потомков. Как пишет российский палеонтолог Н. Иорданский, «известные ныне вендские организмы не связаны прямым родством с кембрийскими, а представляют слепые эволюционные ветви» (Иорданский Н.Н. Эволюция жизни М.: Академия, 2001. 425 с.). Так что вместо решения одной проблемы перед эволюционистами встали две: кембрийская и вендо-эдиакарская.

3. Гипотетичность существующих палеонтологических «доказательств» эволюции. Аномальные палеонтологические находки, не вписывающиеся в эволюционные сценарии. Убедительно доказать эволюцию с помощью палеонтологических фактов можно только в том случае, если мы находим последовательную, полную и постепенную картину преобразования видов (вплоть до возникновения новых) в пределах одного геологического разреза. Несмотря на более чем двухвековую историю палеонтологии, факты подобного рода являются исключительной редкостью. Они буквально единичны. На всю живую природу. В отношении которой предполагается, что она вся эволюционировала именно таким (очень постепенным) образом. Данное обстоятельство уже само по себе показывает, насколько эволюционные взгляды на происхождение биологических таксонов расходятся с реальностью. Как правило, разные претенденты на «переходные виды» разбросаны чуть ли не по всему Земному шару, да и ещё по разным геологическим слоям. Это обстоятельство, конечно, ставит под сомнение статус переходности подобных находок. Поскольку существует возможность, что обнаруженные ископаемые виды, на самом деле, не происходили друг из друга, а были просто похожи друг на друга (теми или иными признаками). И их объединили в некую «эволюционную цепочку» лишь на основании сходства друг с другом. Таким образом, те немногочисленные эволюционные линии (например, эволюция лошади, китообразных), которые уже построены эволюционистами – могут рассматриваться не более чем гипотезы и предположения. Строго доказанных эволюционных линий в палеонтологии не существует, и даже гипотетических очень мало. В качестве карикатуры на подобные попытки «построения эволюционных линий» можно привести «эволюционную схему», согласно которой современный волк «убедительно происходит» от современной лисицы фенек, через ряд «переходных форм», которые тоже представлены современными видами животных:

Рисунок. Псевдоэволюционная линия, выстроенная таким же образом, каким выстраиваются палеонтологические ряды вымерших «переходных» форм.

Как уже говорилось, претенденты на «переходные виды» обнаруживаются в разных местах Земного шара, и в разных геологических слоях. Причем иногда конечную форму мы обнаруживаем в самых нижних и древних слоях, в то время как полчища «переходных видов» выше. Понятно, что подобные находки выставляют принятые эволюционные сценарии в анекдотическом свете. Именно так произошло с одной из самых известных эволюционных схем — линии превращения рыб в пятипалых земноводных за 20–30 млн. лет. Эта линия начинается с вымерших лопастепёрых рыб Eusthenopteron и Panderichthys, «промежуточного звена» Tiktaalik, и оканчивается первыми наземными позвоночными – ископаемыми ихтиостегой и акантостегой, появившимися около 365 млн. лет назад. Однако после построения этой «эволюционной линии» палеонтологи обнаружили, что в слое возрастом 395 млн. лет (который является более древним, чем весь этот «парад переходных форм») – уже жили четвероногие пятипалые животные, свободно передвигавшиеся по суше (Niedźwiedzki, 2010).
Рисунок. Следы четвероногого животного, обнаруженные в куске известняка, извлечённого из карьера в польском округе Зашелме (Zachełmie). Следы на 18 миллионов лет старше, чем возраст самого раннего обнаруженного скелета четвероногих существ и на 10 млн. старше всех так называемых «переходных форм».

Аналогичная картина сложилась в антропогенезе, когда в 2017 г. в слоях 5,7 млн. лет давности (то есть, до появления каких-либо прямоходящих предков человека) были обнаружены следы ног, мало отличимые от следов современного человека. В связи с чем вся выстроенная на сегодняшний день эволюционная линия Homo sapiens плавно переходит из научной теории в псевдонаучную.

Следует отметить, что уже давно в Лаетоли, в слоях, датируемых 3,6-3,8 млн. лет, были обнаружены следы ног, которые неотличимы от следов современного человека. Но поскольку они были обнаружены в таких древних слоях, когда, согласно текущим эволюционным представлениям, «человека быть еще не могло»  – эти следы были приписаны австралопитеку афарскому.

Самой аномальной палеонтологической находкой на сегодняшний день можно считать обнаружение ископаемой пыльцы и спор растений в крайне древних геологических слоях. В 1964-1966 годах были опубликованы научные статьи, в которых констатировалось обнаружение пыльцы и спор растений в слоях докембрийского периода (Bailey, 1964Stainforth, 1966). Понятно, что это уже ни в какие ворота не лезет. Практически, это тот самый (знаменитый) «кролик в архее», который, по утверждению самих же эволюционистов, если бы был обнаружен, явился бы достаточным основанием для признания теории эволюции опровергнутой. Именно так говорили (и продолжают говорить) сами эволюционисты.

И вот, пыльца и споры растений были обнаружены (именно) в докембрии. Однако это ни на что не повлияло. Эволюционисты просто «забыли» об этом факте (и об этих научных публикациях) и больше не вспоминают о них никогда.

4. Отсутствие предсказываемых эволюционной теорией переходных форм не только в ископаемом, но и в живом состоянииЕсли возникновение новых органов и структур идёт путём постепенного преобразования старых или формирования с «нуля», то в природе обязательно должны существовать виды со следами такой эволюции, но их почему-то опять-таки нет. Например, как известно, дыхание земноводных происходит за счёт кожного газообмена и лёгких. У большинства представителей амфибий имеются лёгкие, но есть земноводные без лёгких. Например, лягушка калимантанская барбурула (Barbourula kalimantanensis) из семейства жерлянок, обитающая на индонезийском острове Барнео. Эта обычная на вид лягушка прекрасно обходится без легких. Не имеет легких одно из самых многочисленных семейств хвостатых амфибий, включающее более 350 видов, – безлегочные саламандры (Plethodontidae). Нет этого органа и у дальневосточного тритона (Onychodactylus), а также двух видов червяг – Atretochoana eiselti и Microcaecilia iwokramae. Но если земноводные могут жить и с лёгкими и без них, то где промежуточные виды, по которым можно выстроить цепь от лёгких до их отсутствия или наоборот. Ведь все земноводные произошли от одной формы у которого либо были лёгкие, либо нет. А куда подевалась вся цепочка переходов, которая бы демонстрировала эволюцию органов дыхания?

Эта проблема касается не только лёгких. В живом мире мы встречаем множество органов и приспособлений, характерных только для конкретного вида или рода, а у «эволюционно» близкого вида или рода их нет (например, электрические органы, ядовитый аппарат и др). А где промежуточные формы, показывающие как эти органы формировались (или исчезали), ведь выживанию и процветанию таких форм ничего не мешает. Если они формировались путём дарвиновской эволюции, то непонятно зачем ей понадобилось столь тщательно заметать следы своей деятельности.

5. Нежизнеспособность переходных форм. Эволюционные преобразования могут происходить только в том случае, когда промежуточные формы обладают способностью хотя бы кое-как выживать в дикой природе. Однако такое условие возможно далеко не для каждой промежуточной формы. Возьмём в качестве примера рукокрылых. Российский зоолог И. Попов в своей обзорной статье «Загадка теории эволюции – происхождение рукокрылых» (2003) отмечает, что вся научная литература посвящена выяснению родственных связей рукокрылых, вопрос появления самой группы обычно обходится молчанием. Некоторые учёные склонны считать, что любые соображения на этот счёт – чистая спекуляция. Причиной того является полное отсутствие в летописи окаменелостей каких-либо переходных форм. Чисто интуитивно полагают, что предками рукокрылых могли быть животные, похожие на современных насекомоядных или низших приматов, но «переходные формы между ними и рукокрылыми не только не известны, но даже не ясно, какими они могли бы быть. Самая древняя из ископаемых летучих мышей мало отличается от современных, хотя жила около 60 миллионов лет назад» (Попов, 2003).

Может возникнуть вопрос: почему? Дело в том, что промежуточная формы между лазающей конечностью четвероногого и летающей конечностью рукокрылого, просто невозможна. Кости и мышцы конечности, удлинённые пальцы и перепонка между ними, ещё не обеспечивающая достаточной силы чтобы животное могло взлететь, но при этом уже лишившая способности лазать или бегать, делает его обладателя абсолютно нежизнеспособным.

Комментарий. На сегодняшний день известно несколько родов древнейших ископаемых летучих мышей. Самыми древними являются роды Icaronycteris и Onychonycteris. Их представители найдены в раннем эоцене. Возраст оценивается в 53 млн лет. Окаменелости скелета древних рукокрылых хорошо сохранились и показывают, сколь мало они отличаются от современных. Сильно удлинённые пальцы передних конечностей и форма грудной клетки говорят об их способности к активному полёту. Судя по анатомическому строению, древние рукокрылые спали, как и современные, вися вниз головой, держась задними конечностями за ветку или за свод пещеры, и, вероятно, были способны к эхолокации. Единственное, что существенно отличает вымерших летучих мышей от ныне живущих, – это большее количество когтей на пальцах конечностей. У Onychonycteris finneyi когти имеются на всех пальцах.